?

Log in

No account? Create an account

CABAL's Core

Память забытых войн и бунтов


Previous Entry Share Next Entry
Движение сопротивления в Норвегии (ч.2)
Norge
cabal_ussr


С согласия Тербовена объявив себя 1 февраля 1942 г. главой «национального правительства», Квислинг остался орудием оккупантов и удвоил свои усилия по созданию фашистского строя в Норвегии. Одна за другой проводились — и срывались Внутренним фронтом — кампании по фашизации школьного преподавания и детских организаций, по привлечению новых групп населения к трудовой повинности. В марте 1942 г. было арестовано и брошено в концлагерь 1300 школьных учителей (из общего числа 14 тыс. человек), не пожелавших вступать в фашистские организации. Подавляющее большинство лютеранских пасторов по примеру епископов отказались признать Квислинга светским главой церкви и ушли с государственной службы, оставив за собой лишь чисто духовные обязанности. Сорвана была в том же 1942 г. и попытка квислинговцев созвать корпоративное национальное собрание (рикстинг) взамен выборного парламента.

Важной составной частью гражданского Сопротивления была организация выезда за границу — в Англию и Швецию — норвежцев, опасавшихся арестов, трудовой мобилизации или желавших вступить в норвежские войска за рубежом. В Швецию таким образом было переброшено по лесным и горным тропам 50 тыс. человек, в Англию через Шетландские острова опасным морским путём — вывезено свыше 5 тыс. (более 300 человек при этом погибло), так что даже возникло название для этого маршрута— «шетланд-бусс» («шетландский автобус») {22}. В конце 1942 г. борцам Сопротивления удалось спасти от ареста и переправить в Швецию больше половины из 2 тыс. проживавших в Норвегии евреев — остальные были высланы в Германию и погибли {23}. Центры выезда и связи с Британскими островами, места приёма агентов оттуда располагались на западном побережье страны, в рыбачьих посёлках. В апреле 1942 г. после убийства в стычке с патриотами двух гестаповцев в посёлке Телавог (близ Бергена), последний был сожжён, 76 жителей-мужчин были отправлены в концлагерь Заксенхаузен, где половина погибла, а старики, женщины и дети интернированы в Норвегии {24}.


Боец норвежского Сопротивления с британским пистолетом-пулеметом Sten.

Отдельные диверсии — взрывы на военных предприятиях и железных дорогах, нападения на гестаповцев, ликвидация особо опасных предателей — вызывали все более жестокие репрессии. Так, осенью 1942 г. было временно введено чрезвычайное положение в губернии Трённелаг, были взяты и казнены заложники из не причастного к вооружённой борьбе населения.
Всего за годы оккупации погибло более 2 тыс. участников Сопротивления. 20 тыс. норвежцев прошли через немецкий концлагерь Грини близ Осло, в том числе цвет норвежской интеллигенции {25}. Ещё страшнее были Заксенхаузен и женский лагерь Равенсбрюк в Германии.


Диверсия норвежских партизан. 17 сентября 1943 г.

Особенно жестоко фашисты расправлялись с членами диверсионно-разведывательных групп, прибывавших из Англии. Норвежцы прозвали их «парни Линге» (по имени первого командира такого отряда, артиста по профессии, Линге, погибшего в бою во время декабрьского рейда 1941 г.). Несмотря на форменную одежду, фашисты в случае захвата десантников не считали их за пленных и казнили. К числу наиболее успешных операций «парней Линге» принадлежал взрыв крупной электростанции в Гломфьорде, обслуживавшей алюминиевую фабрику (сентябрь 1942 г.), после чего, однако, семеро норвежцев были схвачены и казнены. 28 февраля 1943 г. другая группа во главе с Й. Рённебергом и X. Хаукелидом после предыдущих неудачных попыток совершила успешную диверсию против фабрики тяжёлой воды — незаменимого исходного материала при разработке ядерного оружия. Взрывом было уничтожено полторы тонны этого уникального в то время вещества и разрушена часть аппаратуры. Оставшийся запас тяжёлой воды был взорван и утоплен патриотами при перевозке его в Германию в начале 1944 г.
В течение 1943 г. боевые группы, большинство которых возглавляли коммунисты, провели несколько успешных диверсий: против штаба оккупационных войск в Тронхейме, на железнодорожных путях и в тоннелях, взорвали бомбу в Национальном театре в Осло перед показом фашистской пьесы, устроили взрывы в конторе трудовой повинности и одном из полицейских участков Осло. За голову неуловимого «Освальда» (коммуниста Асбьёрна Сунне), организатора наиболее дерзких диверсий в районе Осло, гитлеровцы назначили награду в 50 тыс. крон {26}. Норвежцы привыкли видеть в коммунистах наиболее решительных и активных борцов. Недовольство пассивностью буржуазных сил Сопротивления после перелома в войне заметно усиливалось.


Партизаны из «Милорга» распаковывают контейнеры с оружием. 1945 г.

В феврале 1943 г. квислинговцы, поддерживая курс гитлеровцев на «тотальную мобилизацию», объявили о принудительной регистрации всех трудоспособных мужчин и женщин, как оказалось, для военных заводов и немецкого военного строительства в самой Норвегии. Разногласия среди буржуазных руководителей Сопротивления, их нерешительность позволили фашистам успешно провести не только регистрацию, но и частично трудовую мобилизацию молодёжи {27}. Ободрённый этим, Квислинг осенью 1943 г., объявив перед тем «состояние войны» Норвегии с СССР, начал новую кампанию по вербовке норвежцев в войска СС на Восточный фронт и одновременно подготовку новой трудовой мобилизации молодёжи как прикрытие для последующей военной мобилизации. Срыв получившего огласку замысла стал главной задачей всех организаций Сопротивления на рубеже 1943—1944 г. Для этого был создан особый подпольный комитет, в котором участвовали и представители компартии. Весной 1944 г. был совершён ряд успешных нападений, в том числе боевыми группами коммунистов, на архивы трудовых контор с картотеками мобилизуемых в Осло, Шиене, Улефоссе, Сарпсборге. Для бойцов «Милорга» эти нападения были первым боевым опытом {28}. Зная о предстоявшей регистрации призывников 1921—1923 гг. рождения, руководство Внутреннего фронта через свою печать в мае 1944 г. призвало население к бойкоту регистрации.

Плодом этих усилий было крупнейшее политическое поражение квислинговцев. Из 70 тыс. подлежавших регистрации явилось лишь 300 человек. Тысячи людей вынуждены были скрыться в лесах и горах, где из них создавались новые отряды «Милорга», уйти в Швецию. Для их снабжения по всей стране тайно собирались продукты, одежда, деньги. На базы «Милорга» теперь доставлялись продовольствие и военные материалы и из Швеции. Ушедшая в Швецию молодёжь мужского пола пополнила формировавшиеся там с 1943 г. отряды норвежской военной полиции, насчитывавшей во второй половине 1944 г. около 14 тыс. человек {29}. Боевой порыв норвежских патриотов сдерживался, однако, и после открытия второго фронта на Западе. Ввиду отсутствия у западных союзников плана наступательных операций в Скандинавии директива их командования — так называемая «директива Эйзенхауэра» — не поощряла открытых вооружённых действий в Норвегии. От «Милорга» по-прежнему ждали накопления сил, приёма растущих поставок вооружения (с воздуха); крупные выступления допускались в случае применения оккупантами тактики «выжженной земли». Союзное командование разрешало лишь ограниченные нападения на специально намеченные цели {30}. Так, силы Сопротивления осенью 1944 г. уничтожили крупные немецкие военные склады и морские суда в районе Осло (50 тыс. тоннажа — операция коммунистической группы), провели две крупные операции по взрыву множества участков железнодорожного полотна в декабре — январе 1944—1945 гг. и в марте 1945 г. (в последнем случае действовали более тысячи бойцов «Милорга») с целью помешать отправке германских войск на Западный фронт.


Участники движения «Милорг» на митинге. 17 июня 1945 г.

Ведущую роль коммунистов в вооружённом Сопротивлении и на заключительном этане войны признавали сами оккупанты. Так, штаб оккупационных войск в сообщении от 18 августа 1944 г. доносил в Берлин: «Коммунисты здесь хорошо организованы и представляют собой самую активную силу движения Сопротивления... Они создали особые, так паз. диверсионные и партизанские отряды, а также разведывательные отряды связи. В результате операций, проведённых охранной полицией, был арестован ряд руководителей таких отрядов. При этом выяснилось, что штаб-квартиры руководителей коммунистической партии большей частью находятся в высокогорной и болотистой местности... Наряду с этими главными организациями имеются также небольшие группы, которые по заданию из Англии выполняют шпионские поручения, ведут радиопередачи, переправляют беженцев в Швецию и выполняют отдельные диверсионные задания... Коммунисты развернули чрезвычайно активную деятельность по вербовке бежавшей молодёжи в свои отряды» {31}.

Среди коммунистов — героев Сопротивления получили известность ветераны интернациональных бригад Турвал Даллан и Нурман Иверсен из Бергена; руководитель коммунистов Вестланна, расстрелянный гитлеровцами Бьярне Даллан; руководитель коммунистов Осло в 1943—1944 гг. Торкиль Якобсен; руководитель боевой группы в Тронхейме коммунист Гепри Тингстад, казнённый немцами (с ним был казнён и учитель Педер Морсет, увековеченный вместе со всей семьёй Морсетов в известной книге П. Ханссона {32}); далее — это редакторы главного органа КПН «Алт фор Норге» Свале и Турольф Сулхеймы, редактор другой подпольной газеты коммунистов — «Фрихетен» Арне Густавсен; руководители диверсионных групп — уже названный ранее А. Сунне и Рагнар Сулли (по кличке «Пелле»). Некоторые из них встретили день победы в фашистской камере смертников, например Мартин Гуннар Кнутсен, нынешний председатель КПН. Назовем среди многих других казнённого моряка-интербригадовца Уле Карлсена, казнённого Боргара Ауне Кнутсена — командира лесного лагеря коммунистов в Эггедале {33}.

Участвуя в первой радиодискуссии о вкладе коммунистов в освободительную борьбу, виднейший норвежский специалист по военной проблематике, буржуазный профессор Магне Скодвин заявил в 1969 г.: «Одно несомненно: коммунисты имели в движении Сопротивления необычную для нашей страны, хорошо построенную и действенную организацию и, понеся большие и страшные потери, не дали себя сломить» {34}.

Множество героев и просто мужественных патриотов выдвинуло и буржуазное Сопротивление; это уже названный командир первых десантников Мартин Линге; «агент № 24» Гуннар Сёнстебю, организатор успешного взрыва артиллерийского завода в Конгсберге (сентябрь 1944 г.) и захвата крупного груза продовольственных карточек (август 1944 г.); специалист по прикреплению магнитных взрывных устройств к немецким судам Макс Манус; главный перевозчик беглецов Лейф Андреас Ларсен («шетландский Ларсен»), 52 раза пересекавший Северное море; первые публичные застрельщики отпора оккупантам осенью 1940 г.— врач Юхан Шарфенберг и журналист, социал-демократ Трон Хегна; организатор и руководитель первой крупной организации Сопротивления, почтовый экспедитор из Бергена Кристиан Стейн, казнённый в 1943 г.; полковник Габриель Лунн, проведший 32 месяца в гестаповской камере смертников в Осло; скульптор Лауриц Сани (р. 1879 г.), пославший союзникам 5 тыс. микрофильмов с разведданными, проведший затем 1395 дней в заключении и перенёсший страшные пытки; организаторы союзной разведки в оккупированной Норвегии Свен Мидтскау, Малькольм Мунте, Кнут Хаугланн; патриоты, ради общего дела годами игравшие роль преданных квислинговцев и сотрудников гестапо, Гунвал Томстад и Свен Дюсте; многолетние узники фашистских концлагерей, писатели Рональд Фанген, Арнульф Эверланн и др.{35}

Срыв фашистской мобилизации и учащение актов саботажа в 1944 г. укрепили авторитет центрального буржуазного руководства Внутреннего фронта, вполне сложившегося только к осени 1943 г. Весной и летом 1944 г. это анонимное руководство впервые выступило перед общественным мнением страны под сокращённым названием ХЛ (от «Hjemmefrontens ledelse», т. е. «руководство Внутреннего фронта») и получило широкое признание народа {36}. Его программное заявление, выдержанное в общедемократическом духе и обнародованное в мае 1944 г., было поддержано коммунистами. Программа включала следующие положения: 1) свободная и независимая Норвегия; 2) немедленное восстановление демократии, свободы, законности и проведение свободных выборов; 3) отмена всех законов, изданных оккупантами и Квислингом; 4) освобождение и восстановление в правах политзаключённых; 5) наказание военные преступников и активных квислинговцев; 6) восстановление хозяйства, расширение социального обеспечения и т. п.{37}

Компартия поддержала и следующую программную декларацию Внутреннего фронта — от марта 1945 г. Действия боевых групп компартии и «Милорга» стали согласованнее к концу войны. Подпольные организации разного политического, направления сотрудничали между собой, помогали друг другу. Тем не менее руководство Внутреннего фронта наотрез отказывалось включить в свой состав коммунистов либо создать новое объединённое руководство Сопротивлением с участием коммунистов по примеру датского Совета свободы. Такое руководство под названием Совет свободы было создано только в Вестланне в мае 1944 г. Несмотря на его левобуржуазное большинство, новый Совет был встречен враждебно центральным руководством Внутреннего фронта в Осло {38}.

011
Вокзальная площадь в Осло после взрыва, март 1945

Неудивительно, что руководство Внутреннего фронта имело в левых кругах Сопротивления репутацию крайне правого. Действительно, Внутренний фронт, несмотря на демократическую фразеологию, был склонен установить на ближайший период после освобождения консервативный аптипарламентский режим, не созывая стортинга в его составе 1940 г. и не восстанавливая выборного коммунального самоуправления, разрушенного квислинговцами. «Нам надо быть особенно бдительными в защите демократии в послевоенное время... Реакция стремится к диктатуре меньшинства»,— предостерегали коммунисты {39}. Буржуазное руководство Внутреннего фронта отвечало печатными нападками на компартию.

01
Советские военнопленные в Норвегии

Особой разновидностью народного Сопротивления фашизму стала помощь советским и югославским военнопленным. Особенно много лагерей для военнопленных было в Северной Норвегии. Военнопленные жили в ужасающих условиях — 3 тыс. советских люден из 80 тыс., но норвежским данным, погибли. Рискуя подвергнуться наказанию и делясь собственным скудным пайком, привлекая к делу помощи своих знакомых, рядовые мужчины, женщины, подростки спасали жизнь сотням людей. За такую помощь после войны были награждены советскими орденами и медалями «русская мама» Мария Эстрём и ее муж Рейнгольд, Сверре Бьерва, Ханс Вара, Ольга Викки, Карл Ульсен, Софус Неверлюнд, Руал Педерсен, Сигвард Ларсен, Бьярне Педдари, Харальд Кнютсен, Эйвин Хейде и другие — около 80 человек {40}. Добрую славу снискала и «югославская мама» Хирстен Свиненг, саамская крестьянка из Карасйока.

Больше того, норвежцы помогали пленным бежать, укрывали их, переправляли к партизанам. Подпольные организации военнопленных устанавливали связь с норвежскими борцами Сопротивления. В 1943—1945 гг. на окраине норвежской столицы, в Эттерстаде, действовала смешанная советско-норвежская подпольная организация. Организация помогла бежать из плена многим советским военнослужащим. Те, в свою очередь, нередко пополняли партизанские отряды Сопротивления. Можно назвать лейтенанта Леонида Каалбу, Якова Половникова из Баку, Александра Ветагаева, Владимира Гудова из Анапы — командира «русского взвода» в составе партизанского отряда в районе Драммена, Платона Исакова с Алтая, Петра Голубчикова из Ленинграда {41}.

На крайнем севере Норвегии, в восточном Финмарке, местные патриоты выполняли разведывательные задания советского командования. После фашистской оккупации большая группа коммунистов Финмарка с семьями на лодках бежала в Мурманск. Ещё до фашистского нападения на СССР наладил лодочную связь с советской стороной рыбак Улаф Ларсен из Хиберга, упоминавшийся в первых сводках Совинформбюро о военных действиях. После 22 июня норвежцы просили дать им возможность участвовать в общей борьбе. Пройдя соответствующую подготовку, они тайно возвращались в родные края и с риском для жизни доставляли лично и по радио ценные сведения. Впоследствии советскими орденами и медалями были награждены члены семейства Халвари — Oгe и Альфред, Трюгве Эрикссен из Хиберга и др. Смертью храбрых пали Ингольф Аспос, Ивар Эриксен, Альф Сиблунн {42}. Советско-норвежское боевое содружество получило, таким образом, самое прочное и зримое воплощение. Вклад норвежцев в общее дело победы не ограничился, однако, борьбой против оккупантов на родине.
_______________________________________________________________________________________________________________
22. Ulstein R. Englandsfarten. Oslo, 1967, Bd. 2, s. 375.
23. Gjelsvik T. Op. eit, s. 79.
24. NKS oppslagsbok. Oslo, 1946, sp. 1218.
25. Norsk militaert tidsskrift, 1971, N 11, s. 531; Norges historie. Oslo, 1979, Bd. 13, s. 393.
26. Sunde A. Menn i mørket. Oslo, 1947.
27. Gjelsvik Т. Op. eit, s. 106.
28. Norges historie, Bd. 13, s. 432.
29. Ihlen J, Kugelberg В. Frendefolk. Oslo, 1945, s. 69.
30. Riste О., Nökleby В. Op. eit., р. 75; Gjelsvik T. Op. eit, s. 222.
31. Архив Министерства обороны СССР (далее — АМО СССР), ф. 6598, он. 725168, д. 331, п. 323/4, л. 49—50.
32. Русское издание: Ханссон П. Если даже отнимут жизнь... М., 1965.
33. Правда, 1978, 29 сент.; 50 år i kamp, s. 43—46, 52, 54, 56, 61; Grimnes О. К. Op. eit., s. 468—477.
34. 50 år i kamp, s. 53; Titlestad Т. I kamp, i krig. Peder Furubotn 1942—1945. Oslo, 1977.
35. Christensen C. A. R. Dåd. Med livet som innsats i krigstidens Norge. Oslo, 1965; Kristian Stein og hans menn. Bergen, 1948; Hansson P. Det største spillet. Oslo, 1965; Haug K. Lauritz Sand. Oslo, 1958; Lund G. Dødsdømt. Oslo, 1948; Manus M. Det vil helst gå godt. Oslo, 1945.
36. Grimnes О. К. Op. eit., s. 320—323.
37. Regjeringen og Hjemmefronten, s. 403—404.
38. Krigen i Norge, s. 168—171; Grimnes О. К. Op. eit., s. 330 etc.
39. Vårt partis politikk under krigen, s. 92—95; Regjeringen og Hjemmefronten, s. 551
40. Правда, 1958, 12 ноября; 1962, 3 февр.; 1964, 30 июня; 1966, 20 янв.: Эстрём М. Дневник «русской мамы» / Пер. с норв. М., 1959; За рубежом, 1979, № 4, с. 12.
41. Норвежские были. Воспоминания о борьбе против фашизма. М., 1964; Искрин М. В борьбе против гитлеровских оккупантов Норвегии.— Новая и новейшая история, 1964, № 6, с. 133; Он же. Письма узников Эттерста-да.— Вопросы истории, 1967, № 1, с. 100—107.
42. Eriksen Н. К. Partisaner i Finnmark. Oslo, 1969; 50 år i kamp, s. 41; Sovjet-Nytt, 1979, N 23 (воспоминания H. И. Крымовой).

Источник:
Гуревич А.Я., Кан А.С.
История Норвегии.
Издательство "Наука", Москва, 1980

  • 1
спасибо

поправьте:
Рискуя подвергнуться наказа пню и

Про тов. М.Мануса. В вики-биографии указано, что его путь из оккупированной Норвегии в UK лежал через... СССР. Можете ли подробнее осветить этот эпизод?

В англоязычной версии сказано, что из Норвегии в СССР от бежал через Швецию. Из СССР он выехал в Турцию, оттуда через Аравийский полуостров на лайнере Empress of Asia проездом через Кейптаун прибыл в США. В США он связался с представителями норвежских вооружённых сил и отправился в Канаду для прохождения спецподготовки. После чего из Канады отправился в Белфаст, откуда уже и попал в Великобританию

Edited at 2013-08-29 08:23 pm (UTC)

Интересно, у нас знали о его финских "приключениях"?

Наверняка знали.

Все-таки очень многие в сопротивлении действовали, не имея никакого опыта. Отсюда и нашпигованность групп агентами гестапо и провокаторами. Вот и группу Педера Морсета такой сдал.

  • 1