cabal_ussr (cabal_ussr) wrote,
cabal_ussr
cabal_ussr

Высота Маклорина и Кровавый Угол (ч.2)



Плотность огня нарастала. Новозеландцы подтянулись к Посту Квинна и Кровавому Углу, а несколько из них смогли добраться до отрога Коуи. Но там стало сложно удерживать позиции. Наконец, огонь турок стал настолько точным, что все, кто пытался пересечь 35 м по возвышению перед Кровавым Углом, немедленно расстреливались. Чтобы сдержать атаку, Коуи срочно требовался пулемёт и дополнительные боеприпасы. Атака к этому времени уже приняла форму лавины, несущуюся на юг через Муловую Долину в направлении линии обороны. Коуи написал записку, где также набросал схему позиции, завернул в неё камень и бросил в сторону тыла. В конце концов, она дошла до майора А.Дж. Беннетта, заместителя командира 3-го батальона, на Высоту Маклорина.

А в это время боеприпасы стали подходить к концу. Погибли бойцы на обоих флангах позиций Коуи – Глазгоу {17} и Кэрр {18}. Коуи перевернул тело Кэрра и бросил его патроны тем, кто ещё оставался в живых. Носильщики, работавшие на передовой, перевязывали раненых до тех пор, пока сами все не оказывались ранеными. Так происходило с австралийскими носильщиками в течение всей войны. Коуи намеревался отправить нескольких раненых в тыл с просьбой о боеприпасах, но понял, что они не смогут дойти.

В таких и без того неблагоприятных обстоятельствах несколько его бойцов кричали, что с тыла их обстреливают их же собственные подкрепления. Они спрашивали, что им делать. Коуи приказал им держать позицию и продолжать огонь. Возможности отступить не было. Они кричали тем, кто находился позади, что они австралийцы, а не турки. Они так и не смогли им ничего объяснить, обстрел продолжился. Солдат и офицеров учили, что противник может использовать такую уловку. Позднее майору Брауну в Долине Монаша доложили, что по Шахматной Доске к австралийским позициям с криками «Не стреляйте! Мы австралийцы!»

В 17:00 несколько бойцов с линии Коуи побежали в тыл. По какой-то причине турки их проглядели, и они ушли невредимыми. Коуи незамедлительно приказал отходить. Он смотрел, как его люди оставляли позиции, за удержание которых была заплачена такая цена, а затем последовал за ними. Там, где находилась небольшая линия обороны Лира, осталось лежать убитыми шестьдесят человек.

Примерно в 100 метрах позади позиций отступающие войска были остановлены храбрым офицером из 2-го батальона, лейтенантом Д.Макн. Хью [D. McN. Heugh] {19}. Коуи и Хью разделили отряд на две группы, каждая из которых прикрывала отход другой, и отошли на юг в направлении Высоты Маклорина. Хью дошёл до пустого турецкого окопа перед Постом Квинна, откуда стал прикрывать Коуи. При отходе никто из бойцов не потерялся. Наконец, они остановились на невысоком возвышении на левом плече Поста Кортни. Майор Лэмб находился точно позади них.

Так провалилась храбрая попытка заполнить брешь между линиями обороны вдоль Долины Монаша и на Малышке 700. Турки прорвали все фланги Малышки 700, и эта имевшая особую важность высота оказалась потерянной. Теперь через брешь к югу от неё турки направились к входу в Долину Монаша. Позиции, которые занимали лейтенант Кэмбелл из 2-го батальона, а также несколько новозеландцев и австралийцев, которые находились с ним на Кровавом Углу, стали к тому времени крайними с севера. Брешь расширилась и простиралась теперь оттуда до позиций на Нэке, удерживаемых отрядом Хау. Единственными, кто находился там, были два смешанных отряда, одним из которых командовал сержант, другим – капитан Джейкобс. Они находились там словно на необитаемом острове.

Малышка 700, которая была обращена точно в направлении Долины Монаша, теперь находилась в руках турок. Но они не смогли полностью воспользоваться ситуацией, т.к. уже начало темнеть, а их пехота тоже устала. Но через несколько часов небольшие отряды начали пробираться через левую часть Высоты Поупа к западному склону Долины Монаша в районе Нэка. Пройдя через кусты вдоль холмов на Вершину Рассела, через тыл отряда Хау, на Нэке, они начали стрелять в спины бойцов, удерживавших позиции на другой стороне Долины Монаша. Только северный угол каждой из этих возвышенностей давал защиту от их обстрела. Бойцы на склоне позади Постов Квинна, Кортни и Стила стали нести потери от пулевого обстрела сзади. Эти снайперы били очень точно. Уже в 16:00 на открытом углу Поста Стила понесли первые потери. Капитан Дж.У.Б. Бин, офицер-медик 3-го батальона, который подошёл к одному из таких раненых, немедленно получил с того направления пулю в пах.

Но этот снайперский обстрел с другой стороны Долины Монаша вели всего несколько храбрых турок. Несмотря на то, что он продолжался несколько дней, и, несмотря на то, что от него постоянно гибли люди, он рассматривался только как досадная неприятность. В то время он не влиял на действия войск. Настроение духа, с которым его воспринимали, можно описать на примере случая с одним парнем из 12-го батальона, который нёс воду в канистре из-под бензина из Долины Монаша на Пост Стила. Он карабкался на руках и коленях по крутому склону холма с канистрой на плече, когда её пробила пуля снайпера. Он быстро положил канистру, взглянул на неё, увидел, что дыра была выше уровня воды, посмотрел на другую сторону долины, положил пальцы на нос, а затем поднял канистру и пошёл дальше.

Посты вдоль Высоты Маклорина удерживали сводные отряды – 11-й батальон, который, первым был туда направлен, 3-й батальон, который пришёл к ним на помощь, часть Оклендского батальона, который подошёл позднее, а также отбившиеся от своих солдаты из всех батальонов, которые добрались до Долины Монаша или отступили на основную линию обороны с позиций Лоутита, Лира и остальных отрядов. Офицер, первым занявший каждый участок, обычно оставался его командиром до своей смерти. Но когда в полдень полковник Оуэн из 3-го батальона передвинул свой штаб из Плато Пладджа на Пост Стила, он принял командование всеми позициями на Высоте Маклорина от Брокмана, который подошёл туда с Малышки 700 незадолго до полудня, и был старшим по званию на гряде в полуденные часы.

В светлое время суток было очень трудно держать связь с линией обороны на Высоте Маклорина. Окопы ещё не стали достаточно крупными, чтобы соединять их ходами сообщения. Линия состояла из одиночных окопов примерно в 9-10 м от гребня. Чтобы связаться с ними нужно было либо выбежать, быстро нырнуть в ближайший окоп, а оттуда перебежать в другой, когда представится возможность; либо, ползком через кусты. Когда солдат на линии огня получал ранение, он бежал обратно в долину, если мог бежать. В противном случае их тащили за каблуки к краю обрыва, а оттуда в безопасное место. Многим тяжело раненым приходилось просто лежать и ждать в своих окопах, некоторым – до наступления темноты, другим – несколько дней. В это время к задней части края высоты подходили подкрепления, где их держали в качестве прикрытия. С течением времени, среди них становилось всё больше отбившихся от своих, которых привели из долины. По мере роста потерь на линии индивидуальных окопов, через вершину направляли двух-трёх человек на её усиление.

Брокман был убеждён, что сохранить линию на её текущем месте вдоль края долины более не представляется возможным. Он считал, что её следовало расположить на краю склона, возвышающегося над Муловой Долиной. Дважды он пытался переговорить с капитаном Кроули, который находился в одном из индивидуальных окопов на вершине Гряды Немецких Офицеров. На второй попытке его сержант-майор, следовавший за ним по-пластунски, получил ранение в грудь. Стало очевидно, что передвижение в светлое время суток было невозможно. Тогда Брокман стал ждать заката, намереваясь вызвать себе Кроули, чтобы связать передовые посты 11-го батальона (Эвереттом, Барнсом, Кроули, Роклиффом и Макфарлейном) в одну сплошную передовую. С ним было несколько смешанных взводов под командованием лейтенанта Дарнелла {20} из 11-го батальона и другие офицеры, готовые совершить бросок после наступления темноты, чтобы сформировать эту линию.

Но теперь между отдельными частями 11-го батальона теперь находилось большое количество бойцов 3-го. Майор А.Дж. Беннетт, заместитель командира 3-го батальона, поддерживал с ними связь. Таким образом, с момента прибытия Беннетта в полдень на одном и том же участке Высоты Маклорина два разных командира отдавали приказания двум разных группам солдат. Беннетт был старшим по званию, и Брокман, узнав о его прибытии, рассказал о своём плане. Беннетт с планом не согласился, и вскоре после этого полковник Оуэн из 3-го батальона вызвал к себе Брокмана и ответил ему, что больше не отправит людей на формирование линии обороны, пока сам не осмотрит позиции для них.

С того времени полковник Оуэн окончательно принял на себя командование частями на высоте Маклорина. Его штаб располагался на посту Стила, примерно на середине высоты. Он получал распоряжения от Маклагана из 3-й бригады, чей штаб находился в 365 м от неё на южном плече. Ему непосредственно подчинялись три майора: Браун на южной оконечности высоты, А.Дж. Беннетт в центре, Лэмб на северной оконечности в районе Поста Кортни, а также майор Дентон из 11-го батальона на Постах Кортни и Стила.

После темноты, когда Брокман выслал за Кроули и проводил совещание по поводу своего плана, с затемнённого участка перед основной оборонительной линией донеслись выкрики: «Не стреляйте! Не стреляйте! Индийские войска! Индийские войска!» Слова были абсолютно понятными. Их услышали все солдаты и офицеры на этой части передовой. В тающем свете они увидели, как подходило несколько сотен бойцов. Они шли через Гряду Немецких Офицеров и её южный склон в Проволочную Лощину. Выкрики продолжались. Все опустили винтовки.

Ранее уже упоминались слухи, ходившие перед полуднем на левом фланге австралийских позиций, что скоро должна высадиться индийская бригада. Вероятнее всего, эти сведения использовали для поднятия духа бойцов; и что их запустил кто-то, кто знал, что в качестве подкрепления обещали направить 29-ю индийскую пехотную бригаду, или что ожидалась высадка индийских батарей. В 13:00, когда огонь турецкой артиллерии стал практически невыносим для солдат, Маклаган получил из штаба дивизии сообщение, что 29-я дивизия (которая должна была высаживаться на мысе Геллес) «скоро должна подойти». Его люди с нетерпением ждали пушек, но, за исключением бравой горной батареи, артиллерии у него не было. Однако теперь он мог подбодрить их новостями. И эти известия раз за разом использовались офицерами и унтер-офицерами для поддержки боевого духа в течение этого долгого дня. Кто-то ожидал появления 29-й дивизии на горизонте позади турок. Данные ожидания вовсе не были такими нелепыми, как может показаться: в соответствии с планом операции, Ачи-Баба, видневшаяся с южной оконечности австралийских позиций {21}, была точкой назначения 29-й дивизии на первый или второй день. В 16:00 Маклаган снова поинтересовался известиями о 29-й дивизии. Сразу же пришёл ответ: «29-я дивизия захватила Седд-эль-Бахр. Слева от них высадилась дивизия морской пехоты». После подавления горной батареи, и после того, как войска полностью лишились поддержки артиллерии, с Пляжа пришло устное послание от Маклагана: «На берег высаживается новозеландская гаубичная батарея; скоро они начнут поддержку». Эта новость передавалась из уст в уста среди солдат в стеснённых окопах на Плато Пладджа, и оттуда новость ушла на передовую. Весь день обрывки таких сообщений курсировали по передовой. Из них одним из самых частых был слух об ожидавшихся на левом фланге индийских частях.

Крик «Не стреляйте! Индийские войска!» определённо дошёл до всех австралийских позиций. Большая часть австралийских солдат на линии решила, что этот крик подняли турки. Свидетельство лейтенанта Макдональда, командовавшего большей частью передовых постов 3-го батальона в Проволочной Лощине, делает это утверждение очень спорным. Макдональд впоследствии сказал, что крик, который он слышал, раздался со стороны австралийских позиций. Но вне зависимости от того, откуда он раздался, стрельба тут же прекратилась, и солдаты на Гряде Немецких Офицеров стали вглядываться в приближавшиеся в свете заката силуэты. Кроули, стоявший рядом с Брокманом, ранее служил офицером в индийской армии, услышал специальный «пароль» на языке хиндустани. Тогда он со своим «посыльным» (ординарцем, занимавшимся доставкой сообщений) вышел вперёд чтобы проверить, били ли это в самом деле индийцы. Неподалёку, на Посту Кортни, лейтенант Дж.Л.Ч. Бут [J. L. C. Booth] (ранее работавший художником в журнале Punch), который прибыл утром, сделал то же самое. Сообщения поступали со всех частей высоты в штаб полковника Оуэна, где спрашивали, была ли это Индийская бригада. Оуэн отправил лейтенанта Оуэна Хауэлл-Прайса [Owen Howell-Price] {22}, одного из своих молодых офицеров, чтобы удостовериться. Прайс нашёл майора Э.С. Брауна, стоявшего на вершине рядом со своими бойцами, сидевшими в окопе и смотревшими на трёх неизвестных в светло-синей форме, которые направлялись к ним.

В это время некоторые бойцы на линии обороны 3-го батальона были не такими доверчивыми. Бравый сержант Р. Маклелланд {23} бросился вперёд, крича своим людям: «Вперёд, парни! В атаку! Угостим их штыками!» За ним пошло несколько бойцов. Кто-то в тылу крикнул: «Дураки! Это индийцы!» Бойцы засомневались и остановились. Маклелланд пал, сражённый пулей.

Рядом с вершиной Проволочной Лощины находился небольшой пост капрала Т. Лауча, с которым были несколько бойцов 10-го и 11-го батальонов. Среди них был старый англо-индийский солдат по фамилии Томпсон, который сказал, что пойдёт и проверит индийцы ли это или нет. Он не прошёл и десяти шагов, когда был убит.

Находившийся на самом дне Проволочной Лощины пост лейтенанта Макдональда прекратил огонь, как только услышал крик «Индийские войска». Солдаты были видны впереди, некоторые из них были совсем близко. Молодой парень в одиночном окопе выстрелил и один из неизвестных упал замертво. Среди них началась паника, но всё ещё было слышно, как они шуршали в кустах. В это время некто высокий подошёл к посту на расстояние нескольких метров. Сам Макдональд, пригнувшийся так, чтобы незнакомца было видно на фоне горизонта, поспешил к нему и схватил его. Этот человек крикнул какой-то приказ стоявшим позади него, когда Макдональд связал его и повёл к посту, угрожая штыком. Пленным оказался высокий хорошо одетый турок с повязкой санитара на рукаве. Его отправили под конвоем к австралийским позициям.

Во всех остальных местах произошли такие же события. Посыльный Кроули бросился обратно к Брокману с известиями, что приближавшиеся войска были турецкими, а не индийскими. Хотя Кроули не пришёл сам, было слышно, как он своим хорошо различимым голосом (он был известен своими частыми ругательствами) крикнул бойцам где-то ниже по линии открыть огонь. Бут, вскоре после этого получивший смертельное ранение, принёс те же новости. Громыхнули два пулемёта 11-го батальона под командованием сержанта Халлахана {24}, вся линия открыла ураганный огонь, и приближавшиеся войска в массе своей побежали обратно либо легли на землю.

Но молодой Хауэлл-Прайс, самый спокойный и рассудительный из всех, был недоволен, что эти неизвестные оказались не индийцами. В тот день его назначили начальником строевого отделения личного состава после смерти капитана Бёрнса {25}. После наступления темноты он отправил людей за телом одного из предполагаемых индийцев. Это оказался труп турка.

В это время Маклаган направил в штаб дивизии запрос о присутствии на передовой индийцев. После опроса индийских горных батарей пришёл ответ, что никого из индийцев там быть не могло. Тогда Маклаган отдал приказ стрелять по всем, кто подойдёт к линии обороны.

Некоторые из подошедших в это время турок смогли закрепиться на дне Проволочной Лощины, почти под тем самым постом, где Лоутит и Хейг собрали остатки своих людей для похода на Вечеринку Джонстона. Пока противник не открыл огонь, отряд Лоутита полагал, что это были индийцы. Эти турки сидели на дне лощины всю ночь, ведя снайперский обстрел. Отряд Макдональда в долине ручья слышал, как они выдвигались. Он попросил подкрепление, и ему на помощь отправился взвод лейтенанта Бикена из 3-го батальона. Этот сильный отряд закрыл все подходы к долине ручья. Располагавшиеся выше пост Хейга и Лоутита на одном краю долины, а также пост Макконахи на другой всю ночь наблюдали друг за другом.

Новость о прибытии индийских войск на подмогу стала причиной ещё большей неразберихи перед рассветом.

_____________________________________________________________________________
17. Рядовой Р. Глазгоу (№ 391, 3-й батальон). Инженер, из Сиднея, Новый Южный Уэльс. Родился в Кирколди, Шотландия, 1 мая 1879 г. Погиб в бою 25 апреля 1915 г.
18. Рядовой М.Ф. Кэрр (№ 314, 3-й батальон). Автомеханик и водитель, из Сиднея, Новый Южный Уэльс. Родился в Челси, Лондон, Англия, 15 января 1895 г. Погиб в бою 25 апреля 1915 г.
19. Лейтенант Д. Макн. Хью, 2-й батальон. Владелец универмага, из Кларенс-Тауна и Сомертона, Новый Южный Уэльс. Родился в Пимлико, Ричмонд-Ривер, Новый Южный Уэльс, 21 мая 1890 г. Скончался от ран 29 апреля 1915 г.
20. Майор А.Г. Дарнелл, кавалер ордена «За выдающиеся заслуги», заместитель командира 11-го батальона, 1918 г. Гражданский служащий, из Перта, Западная Австралия. Родился в Дублине, Ирландия, 7 мая 1886 г. Скончался от ран 24 сентября 1918 г.
21. См. фото в главе X
22. Подполковник О.Дж. Хауэлл-Прайс, кавалер ордена «За выдающиеся заслуги», кавалер Военного Креста. Командир 3-го батальона, 1916 г. Агроном, из Ричмонда, Новый Южный Уэльс. Родился в Киаме, Новый Южный Уэльс, 13 февраля 1890 г. Скончался от ран 4 ноября 1916 г.
23. Сержант Р.Дж. Маклелланд (№82, 3-й батальон). Инженер-механик, из Воллонгонга, Новый Южный Уэльс. Родился в Кемпси, Новый Южный Уэльс, 18 января 1894 г. Скончался от ран 26 апреля 1915 г.
24. Капитан У.Р. Халлахан, кавалер Военного Креста, награждён Военной Медалью, 11-й батальон. Металлург, из Калгурли, Западная Австралия. Родился в округе Буллер, Новая Зеландия, 10 августа 1889 г. Погиб в последнем бою батальона 18 сентября 1918 г.
25. Капитан Р. Бёрнс, 3-й батальон. Аукционист, из Литгоу, Новый Южный Уэльс. Родился в Маррангару, неподалёку от Литгоу, 20 января 1886 г. Погиб в бою 25 апреля 1915 г.
Tags: Австралия, Первая мировая война, военная история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment